Трансперсональная психология — это не столько про то, как "починить" психику, сколько про расширение её до таких масштабов, при которых старые проблемы теряют свою значимость. Это всё равно что повзрослеть. Подобно тому как ребёнок переходя из детского сада в начальную школу осознаёт незначительность его проблем в детском саду. Это то что называется "выходом за пределы эго". При этом трансперсональная психология  — не является  какой то эзотерикой для избранных, это практические навыки, доступный каждому.

Когда психология только становилась наукой, она сосредоточилась на двух вещах: на том, как работает наше поведение (бихевиоризм) и на том, как детские травмы формируют взрослые проблемы (психоанализ). Но в середине XX века произошла тихая революция. Абрахам Маслоу, которого мы все знаем по знаменитой пирамиде потребностей, задался простым вопросом: а что, если изучать не только больных, но и здоровых? И не просто здоровых, а тех, кого можно назвать "полноценно человечными"? 

Долгое время в психологии существовало разделение: тело — это материя, душа — это нечто эфемерное, а дух — и вовсе за пределами науки. Психоанализ работал со словами и воспоминаниями. Бихевиоризм — с поведением. Но где в этой картине оставалось место для того, как напряжение в спине связано с непрожитой обидой? Или для опыта единства с миром, который невозможно выразить словами?

Работа в ключе телесно ориентированной терапии  требует особой осторожности, так имеется достаточно большой перечень противопоказаний.  . В таких случаях интенсивные упражнения без сопровождения специалиста могут навредить. 

Телесно-ориентированная психотерапия — это направление, которое исходит из простой и гениальной идеи: психическое и телесное неразделимы. Любая эмоция, которую мы не выразили, любая травма, которую не прожили, любое подавленное чувство остаются не только в памяти, но и в теле. Они живут там как хроническое напряжение, как блок, как мышечный зажим.

Вы просыпаетесь утром, а мир вдруг стал чужим. Все, что вчера имело смысл — работа, отношения, цели, — сегодня рассыпается в прах. Вы смотрите на свою жизнь со стороны и не понимаете: "Кто я? Зачем я здесь? Зачем все это?" Внутри — пустота, холод и ощущение, что почва ушла из-под ног. Знакомо?

Веками человечество задавало вопрос: духовный опыт — это «сигнал» из трансцендентного мира или «шум» внутри собственного черепа? Сегодня нейронаука дает неожиданный ответ: это и то, и другое одновременно.

Мы привыкли разделять: вот — «духовное», а вот — «бытовое». По утрам медитация, вечером — ссора из‑за немытой посуды. В выходные — ретрит в тишине, в будни — претензии к партнёру, который снова не сказал тёплых слов. Духовность кажется чем‑то возвышенным и отдельным, а отношения — обычной, земной историей.

В мире саморазвития есть опасная развилка: можно использовать духовные практики, чтобы исцелить психотравму, а можно — чтобы убежать от неё. Второй путь кажется проще и светлее. На самом деле он ведёт в тупик, где под маской мудрости и спокойствия прячется невыплаканное горе, невыраженная ярость и невидимый для самого человека травматический отпечаток.

На первый взгляд, идеи Джона Уотсона и Берреса Ф. Скиннера — отцов-основателей бихевиоризма — кажутся абсолютной противоположностью трансперсональной психологии. Где Уотсон призывал изучать лишь наблюдаемое поведение, игнорируя сознание как «чёрный ящик», трансперсональщики делают как раз сознание, особенно его изменённые и расширенные состояния, центральным объектом исследования. Однако, парадоксальным образом, именно эта жёсткая оппозиция делает анализ бихевиоризма с трансперсональной точки зрения чрезвычайно продуктивным.